Знакомство.

1.

Познакомились мы при забавных обстоятельствах. Я вышел из избушки лесника и вспомнил, что забыл на столе свой планшет. Я положил рюкзак на скамейку и вернулся в дом. Отсутствовал я не более минуты, и каково же было моё удивление, когда рядом со скамейкой, на земле маленький медвежонок равнодушно выкидывал из моего рюкзака все несъедобные предметы. Понюхает и выкидывает. В сторону отложил только зубную пасту «Жемчуг». Я поймал медвежонка за ухо и притянул к себе.

— Это кто ж тебя научил по чужим сумкам лазать? Вот откручу тебе ухо, будешь знать!

— Ой, дяденька, отпусти! Зачем же такую красоту портить? Я ж не знал, что ты Посвященный, думал, что простой фраер.

— А что у фраеров воровать можно?

— Конечно! – удивленно посмотрел на меня медвежонок, — А ты, что не знал? У нас же Соглашение.

— Не знал, и, потом, откуда ты такие слова знаешь?

— Дядя Леший научил. Он всех людей так называет. А правда, что у людей в магазинах медвежьи ухи продаются?

— Не ухи, а уши. Продаются пельмени, так китайцы называют блюдо из мяса, завернутое в тесто.

— Угости, а? Я никогда «пельмени» не пробовал.

— Да где ж я их возьму?

— В магазине под Ниловой горой, пойдём, покажу.

— Пойдём, мне тоже кой-какой еды надо бы прикупить.

— Там всего полно. Летом они много еды выкидывают, а мы подбираем, они даже не ругаются. Правда, когда мы с собаками дерёмся, они нас водой обливают и прогоняют. Пришли. Я дальше не пойду, там собаки, я тебя здесь подожду…

2.

Магазин был замечательный, но дорогой. А чего ещё ждать от Ниловой горы? Здесь живут небожители.

Кассирша, увидев мои продукты, смерила меня презрительным взглядом.

— Пакет нужен?

— Нет, у меня рюкзак.

— Это бесплатно.

— Тогда давайте.

В пакет я положил пельмени, сметану и банку сгущёнки, а хлеб, йогурты, чай, конфеты и фрукты сразу засунул в рюкзак.

На улице ко мне бросились две собаки — видимо учуяли медведя. Я погрозил им пальцем, и пошел дальше вдоль дороги в лес.

3.

На условленном месте нервно бродил мой медвежонок.

— Слушай, а у тебя есть имя? – спросил я.

— Мишей кличут, а у тебя какое?

— Меня зовут Сергей Дмитриевич, но черти в Омутищах сократили до Митрича. Ты тоже можешь меня так называть. А можно я буду называть тебя Пельмешкой, согласен?

— Согласен, а «пельмени» купил?

— Купил. Теперь их надо где-то сварить? Ты не знаешь где?

— Зачем?

— Пельмени сырыми не едят.

— Вечно у вас, у фрае… у людей, какие-то заморочки. Ближе всего отсюда избушка бабы Яги. Пойдём к ней. Не боишься?

— Нет, мы знакомы.

4.

Бабы Яги дома не было. Мы развернули избушку к себе передом. На крыльце полулежал кот, размером с хорошую овчарку. Медвежонок спросил:

— Тимофей, ты «пельмени» пробовал?

— Пробовал. Вкусная штука! А что?

— Вот хотим попробовать и тебя угостить, впустишь в дом? Нам их сварить надо!

— Заходите, гости дорогие! Печка затоплена, Вода в чугунке кипит, вас дожидается.

Мы зашли в избушку Кот взял ухват, вынул из печки чугунок, ловко скинул с него крышку, и действительно вода в чугунке бурлила, пытаясь вырваться наружу.

— Хозяйничайте, — сказал Тимофей, и улёгся на табуретку.

Я вынул из пакета две пачки пельменей и высыпал их в чугунок. Взял со стола большую деревянную ложку, перемешал пельмени, накрыл чугунок крышкой и, при помощи ухвата, задвинул его в печь, закрыл устьице крышкой и сказал:

— Семь минут и будут готовы. Давай, Тимоша, миски, ложки, соль, перец и маленькую ложку для сметаны.

— Что и сметана есть? – соскочил кот с табуретки, — я мигом!

Для сметаны Тимофей принёс самую большую миску, я попросил найти поменьше. Тимофей вздохнул и достал из буфета болгарскую обливную мисочку, объяснив:

— Бабушкины болгарские коллеги подарили.

Я переложил в мисочку сметану, поставил на стол. Кот придвинул мисочку к себе поближе, и загородил её плошками с солью и перцем.

— Тимоша, а где у вас мусорное ведро?

— Чего нет, того нет. У нас безотходное производство, мусора не бывает. У нас даже помойного ведра нет – все в дело идет. Вот такая у нас Ноу-хау.

— А куда мне пустую баночку из-под сметаны девать и пакеты от пельменей?

— А печь на что? Она, матушка, тоже питаться должна. Щас чугунок достанем и покормим.

Семь минут пробежали и, я достал чугунок, снял крышку. Перемешал пельмени и стал накладывать в миски по семьнадцать штук.

— А почему по 17? – недовольно спросил медвежонок.

— Студенческая привычка, — объяснил я. Медвежонок с котом переглянулись, пожали плечами, вздохнули, но перечить не стали – правила есть правила.

5.

Кот ел пельмени так. Нанизывал пельмень на вилку, окунал в сметану, долго там пельмень полоскал, а потом отправлял в рот. Долго урчал, пережевывая. На мой немой вопрос отвечал:

— А что? Мне горячего нельзя!

Медвежонок ел пельмени так. Он брал из миски пельмень двумя когтями, долго на него дул, потом маленькой ложечкой обмазывал его сметаной, оправлял в пасть и урчал, подражая коту.

Я ел пельмени как обычно.

Первым опорожнил миску кот, медвежонок от него отстал совсем не намного. Оба знали, что в чугунке ещё остались пельмени.

— Митрич, а остальные пельмени кому? – наконец спросил кот.

— Это добавка. Будете?

Оба зверя соскочили с табуреток, и с мисками построились около чугунка. Я добавил каждому по десять пельменей. Проходя мимо чугунка, медвежонок заглянул внутрь, закатил глаза и зашевелил губами. Когда медвежонок сел на место, кот тихонько спросил: «Сколько?». Медвежонок ответил: «Много»., поскольку считать умел только до десяти.

Я добавил себе десять пельменей, в чугунке осталось ещё четыре штуки. Я добавил по два пельменя коту и медвежонку, те благодарно заурчали.

Когда с пельменями было покончено, я спросил:

— Вы чай пьёте?

— Я пью, только не горячий, — ответил кот.

— А я не пью, но печеньки люблю, — заявил медвежонок.

— Печенек я не купил, но у нас есть хлеб и сгущенка. Будете?

— Ура! – закричали оба

— Только у нас заварки нет, — предупредил кот, — бабушка всегда свежий заваривает.

— Ну и мы попьем свежего, только надо чистой воды вскипятить. Кто помоет чугунок?

— А чего его мыть? Ты крышкой накрой и поставь в печь, он сам всё сделает. Такой у нас порядок!

— Здорово! Что и воды наливать не надо?

— Чугунок не глухой, говорю же – сам всё сделает.

Я поставил чугунок в печь, нарезал хлеба, налил в три миски сгущенки, положил в две чашки по пакетику с заваркой.

— Что за чай? – строго спросил кот.

— Золотой цейлонский. Подходит?

— Годится. Кипяток уже готов.

Медвежонку в кружку налили холодной воды.

6.

После того, как попили чай, медвежонок заглянул в пустую банку из-под сгущенки, улыбнулся и спросил:

— Всё? Больше ничего не будет?

— Обжора! Чего тебе ещё? Такой обед не каждый день бывает. Правда, дядя Серёжа? – сказал кот, заглядывая мне в глаза.

— По-моему тоже, обед был неплохой. Тебе пельмени понравились? – спросил я у Мишутки.

— Очень, так бы и ел их с утра до ночи.

Все рассмеялись.

— Замечательно. Давай поблагодарим Тимофея за гостеприимство, и пойдём домой.

— Заходите ещё. Мы гостям всегда рады.

Я достал из рюкзака апельсин.

— Вот. Передай, пожалуйста, Авдотье Никитишне, жаль, что мы её не застали. Спасибо печке и всем вашим умным вещам. До свидания!

— До свидания! Бабушка померанцы любит…

В лесу.

— Скажи, Пельмешка, а когда ты собираешься в спячку впадать?

— Не знаю, может, вообще не буду. У нас организм как устроен? Идешь по лесу — птички поют, солнышко светит, идешь и радуешься, и вдруг раз, падаешь и засыпаешь. Ну, для приличия покрутишься немного, чтобы поудобнее было. Хорошо, если берлога рядом, а если болото? Утонуть можно.

— Что ж так и будешь всю зиму на болоте спать? Не замёрзнешь?

— Могу и замёрзнуть, если птицы дяде Лешему вовремя не сообщат о непорядке. А если сообщат, то он до берлоги дотащит, схоронит. Он у нас хороший, говорит, что бывший лётчик, «был сбит людской злобой и завистью». После этого подался в лешие, большой конкурс выдержал. Принял территорию, теперь у нас покой и порядок. Он только с виду злой и страшный, потому что кричит на весь лес. А что кричит, мало кто понимает, только отдельные слова, от того становится ещё страшнее.

— Ты его боишься?

— Не-еее, он добрый. Разрешает у себя телевизор смотреть. В лесу только у него телевизор есть. Ёще у него есть какой-то Вайфай, но он его никому не показывает. Он по нему врачей вызывает, когда в лесу кому-нибудь плохо становится.

— А где ж ты в лесу живёшь?

— Да у избушки лесника и живу, под лавкой. Это летом, а зимой перебираюсь на сеновал. Бывало, зароешься в сено, и спать, и так до весны, пока солнышко сквозь щели на крыше в носу щекотать не начнёт, тогда пора просыпаться.

— Здорово! Я бы так тоже хотел, хоть разок, поспать.

— Так приходи, поместимся!

— Спасибо, Пельмешка!

— Ну, куда пойдём? К нам или, может, к Лешему заглянем?

— Пошли к дяде Лешему в контору, он до вечера всегда там.

2.

Леший нас встретил на крыльце «конторы». Рядом с дверью висела большая табличка –

«Дирекция заповедника «Нилова гора», приём населения с 9 до 18, без выходных».

С другой стороны двери висела схема заповедника. Выглядел Леший, как обычный крестьянин – худой, долговязый, с лицом, почти полностью покрытым бородой, на носу тёмные очки. Из одежды – длинный плащ, из-под которого выглядывали резиновые сапоги.

— Здорово шалопуты! Геннадий Петрович, — представился Леший и протянул мне руку, — управляющий этим хозяйством.

— Сергей Дмитриевич, писатель, очень приятно – и я пожал широкую, мозолистую руку.

— Писать про нас будете? – полюбопытствовал Леший.

— Попробую, если получится, — ответил я.

— А чего пробовать? Садись и пиши! Или вдохновения надо ждать? Кстати о вдохновении, заходите в дом, чайку попьём или чего ещё покрепче.

3.

Внутри избы слева от входа стояла печка. За печкой рабочий стол, сейф, над столом висело несколько почетных грамот, и в рамке текст «Соглашения». Посередине комнаты стоял грубо сколоченный стол и с каждой стороны стола стояло по лавке. В красном углу работал телевизор, а вдоль стен расположились старый кожаный диван и буфет.

— Вот так и живу на рабочем месте, — не то пожаловался, не то просто сообщил Леший.

— Есть будете? Есть варёная картошка с разносолами.

Я посмотрел на медвежонка и сказал:

— Я не хочу, спасибо, мы только что пельменями заправились, а вот Мишутка не знаю, пусть сам скажет.

— Это правильно! В таком вопросе за других нечего решать. Ну так как, Мишутка, будешь?

— Ты же знаешь, дядя Леший, я к разносолам не очень, может молочка с печенюшками?

— Откуда знаешь про печенюшки?

— Так сорока, как только привезли, по всему лесу растрезвонила.

— То-то я смотрю, идут и идут, и прямо, как ты «есть не хотим, если только молочка с печенюшками», — передразнивая невидимых зверей, Леший достал из печки горшок с топлёным молоком, а из буфета большую плетёную плошку с печеньем. Налив Мишутке в миску молока и, положив, на блюдечко три печеньки, Леший сказал: «Ешь, я тебе мультики включу», а потом хитро посмотрел на меня поверх очков и спросил:

— Ну что? За знакомство и для вдохновения по маленькой? Мне тут Авдотья какой-то диковинной настойки принесла. «Мой гербарий» называется.

— Давайте, попробуем! – согласился я.

Леший поставил на стол миску с солёными рыжиками и миску с солёными огурцами и помидорами, отрезал от краюхи два больших ломтя черного хлеба.

— Ну, за встречу и знакомство!

Мы чокнулись, выпили и посмотрели друг на друга. Настойка была лихая – пахла приятно, пилась легко, но вот в желудке начала хулиганить, вернее, начала плясать.

— У меня «камаринская», а у тебя? — спросил Леший.

— Не могу определить, на «ламбаду» похоже.

— Давай по второй, может успокоится?

Мы выпили и прислушались к внутренним впечатлениям. Я съел рыжик, и буря в желудке сразу успокоилась. По телу волнами пошло тепло, голова прояснилась, а на душе стало покойно и радостно.

4.

— Геннадий, а кто вам готовит, и кто продукты приносит?

— Продукты приносит Пелагея, в Омутищах не только черти живут, там и крестьяне водятся. Вот они-то всю округу и кормят. Пелагея вдова и, похоже, приглянулся я ей, вот она раз в неделю и приносит мне молоко, яйца, сметану и всякие овощи и соленья. Денег не берёт, говорит «это от всего села гостинцы».

— А готовит всё печка, её Авдотья по знакомству мне построила. Я печке даже имя дал — «Антуанетка», это за её любовь к сериалам. Она даже хлеб печёт. Не сразу, а за год, два я научился с ней разговаривать. Кот Тимофей понимает «печкин» язык, он говорит, что в первый год печка меня иначе, как «пень бестолковый» и не называла.

Печка задребезжала крышкой.

— Не пугайся, это она смеется, — пояснил лесник. — Сейчас могу даже что-то особенное заказать, а если не хватает какого-нибудь ингредиента, печка открывает поваренную книгу на нужной странице и тычет ложкой в название. Если начинается сериал, а телевизор выключен, печка роняет на пол нож или вилку и так, пока не включу. Если надо погромче сделать, в ход идёт большая поварешка.

— Чудно, но удобно! – заметил я.

— Конечно, ты представь – приготовить, посуду помыть, а тут всего делов – поел и спасибо сказал. В особых случаях — в пояс надо поклониться.

На пол упала маленькая ложечка.

— Посмотрим, что тут у нас. – Геннадий заглянул в печь и вынул противень с горячими пирожками.

— Это Антуанетка, предлагает с настойкой завязывать, а попить чайку с пирожками. Правильно? – на пол полетела очередная ложка.

5.

— А Соглашение с местными богачами подписать, меня тоже Авдотья надоумила. Раньше как было? Местные толстопузики напьются и на охоту в лес. Добавят на опушке, начнут стрелять по пустым банкам и бутылкам. Я приду и ну их увещевать, мол, зверей и птиц всех распугали, прекратите безобразничать. А им только смешно. Я и милицию вызывал, да всё без толку. Приедет наряд, а они им денег отвалят, те и уезжают – «потравы нет, ведут себя культурно».

Вот однажды эти горе-охотники вышли на избушку на курьих ножках. Давай над ней издеваться – мол «встань к лесу задом, к нам передом», потом «к лесу передом, к нам задом». Авдотья Никитишна женщина пожилая – у неё давление, от этих поворотов у неё голова закружилась, вот она и накидала этим охотникам за шиворот по горсти всяких жуков и гусениц. Те расползлись, и давай с телами знакомиться. Для охотников Авдотья оставила тропинку до лесного озера. Там их всех утром и нашли. Ружья побросали, стоят по уши в воде, дрожат и твердят: «отпустите – мы больше не будем». Потом бабушка и меня научила этим методам борьбы с браконьерами…

6.

— А не сварить ли нам на ужин ухи? Ты как к ухе относишься? – спросил леший.

— Весьма положительно. А рыбу где возьмём?

— Известно где – в речке. Собирайся, пойдём наловим, пока не стемнело. Вот тебе бадейка. В неё улов будем складывать. Мишутка, пойдёшь с нами или мультики будешь смотреть?

— Я за мультики, только дал бы ты мне орешков, что ли, а то заскучаю.

— Вот обжора. Маленький, и куда только всё помещается? – заворчал леший, но орешков дал.

7.

Мы стали спускаться к реке.

— А чем ловить будем? Ты же удочек не взял.

— Погоди, увидишь…

Возле речки лесник срезал две веточки, зашёл на середину реки, там ему было чуть выше колена, что-то пробурчал, расставил руки с ветками в стороны и неспешно пошел вперёд. Веточками он делал движения, как будто гнал перед собой стаю гусей. У пологого берега остановился, наклонился и стал выкидывать на берег рыбу.

— Перекладывай в бадью, маленькую тоже бери, с неё самый навар.

Лесник вышел на берег, сел на пень, разулся. Вылил воду из сапог, выжал портянки, и стал ждать, пока я соберу рыбу.

— Всё, больше не влезает. С остальной что делать?

— Отпусти обратно в воду, да парочку птицам оставь, слышишь, беспокоятся в кустах?

Я так и сделал.

— Да, на такой рыбалке я впервые! – восхищенно сказал я. – Пять минут и полное ведро. Мы сюда шли дольше. Рыбу чистить будем?

— Нет, печка сама всё сделает. Теперь наше дело ждать и предвкушать.

8.

Дома мы поставили бадью с рыбой около печки, и вышли на улицу покурить. Лесник курил махорку. Он оторвал от газеты ровный кусок, насыпал в него табака из кисета, скрутил козью ножку и задымил.

— По молодости я сигареты курил, а как сюда перебрался – только махру, сначала моршанскую, а потом свою. Я её в поселке знакомым бабам сажаю под деревьями. Им польза – все козявки убегают и мне хорошо – табак под присмотром.

Мы вернулись в дом. Мишутка спал на лавке, свернувшись калачиком. Телевизор работал, показывал мультик про Простоквашино. На пол упала столовая ложка…

Подружка.

1.

Участок у Ксюши был самый большой в поселке. Её отец был какой-то шишкой в нефтяной отрасли. Он одним из первых устроился на «Ниловой горе», подтянул друзей-товарищей. Они провёли от трассы дорогу, протянули газ, построили общественную зону с прудом и магазинами.

2.

Когда Ксюше исполнилось пять лет, отец подарил ей лошадку – пони. Звали пони пафосно – Маркиз де Тулуз. Родословная Маркиза занимала пять страниц убористого текста. Особенно папашу радовал какой-то Wild Duke. Ксюша называла лошадку по своему – Тузик.

Отец вывел пони из конюшни, разрешил Ксюше угостить лошадку сухариком, после чего усадил дочь в седло и, дал в руки поводья. Ксения как-то сразу нашла с Тузиком общий язык. Каждое утро после завтрака, Ксюшу облачали в костюм наездницы – белые панталоны, белая рубашка с тонким бантом, бархатный камзол, белые перчатки и лёгкие полусапожки. Больше всего Ксюша любила черную бархатную бейсболку и короткий стек из какого-то незнакомого черного дерева с позолоченной ручкой. Выводил Тузика из конюшни конюх дядя Саша. Он и учил всему девочку и лошадку. Ксюша подходила к Тузику, угощала его кусочком яблока или морковки и только после этого забиралась на скамеечку, а с неё в седло. Ксюша собирала в левую руку поводья, в правой у неё был стек, легонько ударяла пятками Тузика в бока, и говорила: «Пошли, Тузик, побегаем». Тузик переходил с шага на легкую рысь и катал девочку по манежу, сооруженному около конюшни. Так они катались почти каждый день, невзирая на погоду. Но время шло, и к одиннадцати годам девочка выросла и стала тяжела для лошадки. Однажды на утреннюю пробежку пришел отец и сказал:

— Ксюша, Маркиз больше тебя катать не будет, ты выросла и ему тяжело. Хочешь я куплю тебе лошадь побольше?

— А Маркиза куда?

— Будет у нас жить, Саша будет его тренировать.

— А можно я буду его тренировать? Дядя Саша покажет, что нужно делать, и я буду делать всё, что нужно. Я привыкла начинать каждое утро со встречи с Тузиком.

— Ну, как знаешь. А лошадку побольше покупать?

— Пока не надо. Я хочу с Тузиком, ведь мы друзья.

3.

Костюм наездницы Ксюша больше не надевала, приходила в конюшню в джинсах и куртке. В карманах куртки всегда было полно орешков, кусочков морковки и сухариков. Дядя Саша выводил Тузика на манеж без седла, на длинном канате. Сам стоял посередине манежа, а Тузик бегал по кругу. Тузик делал пять кругов рысью, потом по команде переходил на шаг, и так три раза. Ксюша очень быстро освоила тренировку и с удовольствием занималась с лошадкой, потом ей разрешили гулять с пони по территории. Гуляя, Ксюша с Тузиком разговаривала, тот фыркал в ответ, она научила Тузика всяким новым командам – «сесть», «встать», «ползком», «принеси», «ко мне».

Однажды Ксюша с Тузиком спустились в овраг. Тропинка была узенькой, и прямо перед ними посередине тропинки на задних лапах стоял медвежонок. Он с любопытством смотрел на них, наклоняя голову. Тузик испугался и спрятался за Ксюшу.

— Привет! Ты как сюда попал?

Медвежонок показал лапой на лаз в заборе.

— Ты меня понимаешь?

Медвежонок кивнул.

— Чудеса! Подожди, я успокою Тузика. Видишь, он дрожит.

Ксюша обняла лошадку за голову, достала из кармана кусочек яблока и покормила Тузика. Тот перестал дрожать.

— Тузик, не бойся. Это медвежонок, он хороший, он добрый. Правда? – и Ксюша вопросительно посмотрела на Пельмешку.

Медвежонок кивнул и подошел поближе. Тузик опять задрожал, но Ксюша быстро его успокоила, погладив по голове и достав кусочек яблока. Ксюша не заметила, как яблоко оказалось у медвежонка.

— Да ты голодный! Иди сюда, у меня есть сухарики, будешь?

Медвежонок закивал, подошёл и сел на задние лапы около девочки. Ксюша его покормила и потрепала по голове.

— Какие у тебя ушки, как пельмешки! — воскликнула девочка.

Услышав своё имя, медвежонок радостно запрыгал и стал показывать лапой на себя.

— Тебя зовут Пельмешка? – догадалась Ксюша.

Межвежонок опять радостно запрыгал.

— Кто ж тебя так назвал?

Пельмешка махнул рукой в сторону заповедника.

4.

Теперь каждое утро они так и гуляли втроём. Маркиз совсем перестал бояться медвежонка, и совсем с ним подружился, когда Пельмешка стал угощать его своей едой.

Однажды Пельмешка попросил Ксюшу отвести Тузика в конюшню, потому, что он хотел показать ей заповедник. Получилось это у него не сразу, он долго махал лапами, и Ксюша поняла, что от неё хочет Пельмешка, только тогда, когда он нарисовал палочкой на дорожке схему местности, и прочертил пунктиром, куда он хочет ее отвести.

— Уже поздно, давай завтра. Я позанимаюсь с Маркизом, отведу его в конюшню, и приду к тебе. У нас будет больше времени, и ты покажешь мне свой лес. Хорошо?

Пельмешка закивал головой, показывая, что он согласен.

На следующий день Пельмешка ждал Ксюшу в овраге около лаза. Ксюша пришла, они подлезли под забор, спустились к дороге и перешли в заповедник. Пельмешка привел Ксюшу к избушке бабы Яги. Ксюша достала смартфон, чтобы снять избушку на курьих ножках, но Пельмешка покачал головой – нельзя. Потом он дернул Ксюшу за руку и кивнул на избушку.

— Что? – не поняла девочка.

Пельмешка вопросительно посмотрел на девочку и промычал «ва-ва-ва».

Ксюша догадалась и сказала:

— Избушка, избушка, повернись к лесу задом к нам передом.

Избушка потопталась на месте, потом повернулась. На крыльце стояла баба Яга – Авдотья Никитична.

— Ну и кто это к нам пожаловал?

Ксюша потеряла дар речи.

— Здравствуй, девочка, здравствуй, Ксюша! Мне Мишутка все уши про тебя прожужжал. Заходи в дом, не бойся, и ничему не удивляйся.

5.

В избушке их встретил огромный кот. Он стоял на задних лапах. Кот поклонился и представился:

— Тимофей!

Ксюша сделала книксен и сказала:

— Ксения, можно просто Ксюша!

— Очень, очень приятно!

— Мне тоже. Я впервые вижу такого разумного кота.

— Ксюша не удивляйся, но я тоже умею разговаривать, — сказал Пельмешка, — такая это волшебная избушка.

Ксюша обрадовалась и обняла медвежонка.

— Чем же мне тебя угостить? – задумчиво спросила баба Яга? – Ксюша, будешь чай с мёдом?

— Буду, конечно!

— Только чай не простой, а травяной. Сама собирала.

— А после него ничего не будет?

— Это ты о чём? Интересуешься, будешь ли в кусты бегать? Не бойся, в нём нет ничего мочегонного. Мишутке я топлёного молочка налью, а Тимофею, так и быть, в честь знакомства, миску сметаны дам.

Мальчишки радостно заулыбались.

Чай был удивительно вкусным. Ксюша поняла, что в чае есть нотки лесных ягод – земляники и малины и много других ароматов, которые она определить не смогла.

— Удивительный чай, Авдотья Никитична! Никогда такого не пила, а папа привозил много разных сортов чая со всего света. Я мёд попробую в самом конце, чтобы не перебивать впечатления от этого вкуснейшего чая.

Баба Яга от таких слов зарделась.

— Ну, кушай, кушай на здоровье, я тебе в дорогу отсыплю чуток от своего сбора – папу угостишь. А скажи, девочка, ты в школу ходишь?

— Нет, я дома занимаюсь. Изучаю языки – аж пять штук, потом литература, математика, история и искусство – учусь рисовать и лепить, ну и историю искусства изучаю. Кажется, всё. У меня весь день расписан, как у президента. Вот сегодня мне надо быть дома в 12 часов, будет урок испанского языка.

— Не беспокойся, будешь – тебя Тимофей коротким путём доставит. Понял, Тимоша? – Авдотья посмотрела на кота.

— Чего ж тут не понятного. А как лучше – через забор или проходную?

— Ты же девочку поведёшь, а не разбойника, какого, конечно, через проходную, только предварительно охранникам не забудь глаза отвести. Лётную погоду я тебе обеспечу.

— Не учи учёного, — обиделся кот. — Ксюша, а у вас на территории кошки есть?

— У нас дома живёт одна кошечка, породы «перс». Знаешь, такая пушистая, с тупой мордочкой. В смысле не глупой, а приплюснутой, а так она очень даже симпатичная. Окрас у неё золотистый.

— Это ничего, разберёмся. – довольно урча, сказал кот.

— А время на отдых, прогулки у тебя есть? – поинтересовалась Авдотья Никитична.

— Есть немного.

— Приходи к нам, я тебе лес покажу, со зверьём познакомлю.

— Спасибо, обязательно буду приходить вместе с Пельмешкой. Мне, наверное, пора?

— Да, надо собираться, — ответила бабушка. – Вот тебе в дорогу узелок с гостинцами

— Спасибо Вам большое. За чай отдельное спасибо. Ну, Пельмешка, до свидания, до завтра. Придёшь?

— А как же? Орешки не забудь.

Ксюша обняла медвежонка, поклонилась бабушке и вышла из избушки. Перед крыльцом стояла ступа, по которой нетерпеливо постукивала метла. Тимофей ловко запрыгнул в ступу и подал лапу Ксюше.

— Смотри, не безобразничай в воздухе! Помни, Ксюша полетит в первый раз! — наставляла кота бабушка.

Тимофей взял в лапы метлу, и ступа оторвалась от земли. Медленно поднявшись над избушкой, ступа сделала небольшой круг и, ускорившись, полетела над лесом. Ксюша смотрела вокруг с неописуемым восторгом. Вот показалась дорога, а вот уже и проходная. Тимофей передал метлу Ксюше, что-то пробубнил себе под нос, и плюнул вниз.

— Давай метлу, это я глаза охране и всем встречным людям отвёл, чтобы они ничего необычного не увидели. Как полёт? Нравится?

— Очень! Просто один восторг! Смотри – мой дом, участок, вон конюшня. Уже прилетели?

— Да, спускаемся.

Ступа плавно приземлилась у главного входа в дом, чуть не задев преподавателя испанского языка, но он этого не заметил.

— Всё, приехали. Вылезай!

Ксюша обняла Тимофея, и спрыгнула на землю.

— Тимофей, погоди, не улетай. Скажи, а что бабушка больше всего любит? Как ей угодить? А то я не знаю, что ей подарить.

— А про меня знаешь?

— Про тебя всем известно – ты любишь сметану!

— Так уж и всем? А ты знаешь, что сметана бывает разной жирности? Так вот, говорят, что есть такая сметана, «Машенька» называется, для меня это самый лучший подарок. А бабушка любит пряники богородские. Прощай! – прокричал кот, поднимаясь вертикально в небо.

7.

Вечером, за ужином, Ксюша предложила всем попить её чая. Она сбегала на кухню и принесла заварочный чайник.

— Вот понюхайте, такого чая вы ещё не пили, — и девочка открыла крышку чайника. По столовой распространился удивительно приятный запах.

— Пахнет замечательно, — заметил папа, — а где ты его взяла?

— После расскажу, сначала попробуйте!

Ксюша разлила заварку по чашкам, долила в чашки горячей воды из самовара и села смотреть за реакцией родственников. Папа отпил и поднял бровь дугой, мама попробовала и счастливо заулыбалась. Ксюша расхохоталась.

— Папа, ты среагировал на чай, как гончая на охоте. Мама, а ты просто превратилась в девочку.

— Чай великолепный! Понятно, что он травяной, это лесной сбор, но из чего он состоит, я затрудняюсь сказать. Так, где ты его взяла?

— Меня угостила одна бабушка. Её зовут Авдотья Никитична. Она живёт в заповеднике. Папа, мне нужны богородские пряники. Хочу её угостить. Говорят, что она их очень любит.

— Ты что же, одна ходила в заповедник? – спросил отец, в его голосе уже чувствовались строгие нотки.

— Почему одна? Я ходила с Пельмешкой. Это он меня с бабушкой и познакомил. Ещё с бабушкой живёт кот Тимофей, он очень любит сметану. Ему надо купить сметану сорта «Машенька». Вот. Купишь? – и Ксюша вопросительно посмотрела на отца.

— Из твоих слов ясно, что ты снова туда собираешься, а посоветоваться с родителями не хочешь? Ты же знаешь, что по «Соглашению» мы просто так ходить в заповедник не можем, даже с Пельмешкой. Кстати, кто это?

— Пельмешка – это медвежонок, — почти плача ответила Ксюша.

— Живой? – спросила мама.

— Конечно, живой! – ответил за Ксюшу отец. – Пошла бы она в лес с игрушечным. Ну, а он откуда взялся?

— Пришел к нам в гости на участок. Он удивительный, он понимает человеческую речь.

— Дрессированный что ли? – спросила мама.

— Нет. Самый обыкновенный, только сказочный. – Ксюша поняла, что родители ей не верят. – Послушайте, после встречи с Авдотьей Никитичной, я тоже стала понимать язык зверей и птиц. Не верите?

— Ты знаешь, Ксюша, звучит как-то не очень правдоподобно, — сказала мама и потрогала губами лоб дочери.

— Да всё со мной в порядке, — почти прокричала девочка. Она вскочила, подбежала к окну, открыла створки и сказала, обращаясь к родителям:

— Слушайте!

Все прислушались. В саду были слышны голоса птиц. Под окном в зарослях чубушника щебетали воробьи.

— Вот под окном воробьи. О чем они говорят?

— Мы не знаем, а что ты знаешь?

— Да, один говорит:

«Полетели в сирень, там семена уже созрели»

А другой ему отвечает:

«Эти семена горьчат, давайте лучше полетим в конюшню и полакомимся овсом».

— Ну, ты и фантазёрка! – расхохотался отец.

— А вы прислушайтесь. Где воробьи?

Родители прислушались. Чириканья под окном больше не было.

— Ну что пойдём в конюшню, проверим? – спросила девочка.

— Ксюша, я тебе верю, но давай ешё проверим на нашей кошечке, на Нюсе. – предложила мама.

— Давайте, если её найдём. Думаю, что она давно гуляет с Тимофеем.

— Да ты что? Он же другой породы. Нюся, Нюся, Нюся, — и мама забегала по дому в поисках кошки.

— Ну, дела! – сказал отец. – Этот твой дар, очень ценный, конечно. Но это у меня в голове пока не укладывается. Может так твой чай подействовал?

— Нет, папа, чай здесь не при чём! Папа, давай завтра вместе встретимся с Пельмешкой. Вы пообщаетесь, и ты успокоишься.

— А что нам ещё остаётся? Давай.

8.

Закончив тренировку с Тузиком, Ксюша позвонила отцу.

— Папа, я готова.

— Я уже на подходе, — ответил отец.

На тропинке около оврага сидел медвежонок. Отец сбавил шаг. Ксюша расхохоталась:

— Не бойся! Это и есть Пельмешка.

— Здравствуй, Пельмешка. Познакомься, это мой папа. Папа, познакомься, это Пельмешка.

Пельмешка на четырёх лапах подбежал к людям, встал на задние лапы и поклонился.

— Предупреждать надо, я бы умылся, что ли. – пробурчал медвежонок.

— Здравствуй, Пельмешка. Меня зовут Аркадий Захарович. Очень рад нашему знакомству, – и отец протянул медвежонку руку. Пельмешка руку обнюхал и сказал:

— Пустая, а угощение где?

Ксюша перевела. Отец стукнул себя по лбу и, волнуясь, достал из кармана пачку вафель «Лесная быль».

— Как думаешь, будет? – спросил отец у дочери.

— Будет, он известный лакомка.

Папа вынул из пачки вафельку и протянул медвежонку. Тот взял её обеими лапами, откусил и радостно зачмокал.

— Вкуснотища, давай остальные!

Расправившись с вафлями, Пельмешка спросил:

— Ну, чем займёмся?

— Видишь ли, Пельмешка, я вчера рассказала родителям о нашей дружбе и о том, что ходила в заповедник, и познакомилась там с Авдотьей Никитичной и котом Тимофеем. Теперь мои родители очень хотят с ними тоже познакомиться. Как думаешь, это можно устроить?

— Не знаю, мне у бабушки надо спросить.

Ксюша перевела отцу.

— Ну что ж, подождём. Давай, Пельмешка, я покажу тебе наше хозяйство, а потом пойдём, попьём чаю.

— Папа, Пельмешка чай не очень, ему бы лучше топлёного молочка с печенюшками. Так? – и Ксюша посмотрела на медвежонка.

— Ну что ж, можно и молочка с печенюшками. Давай, начнём с конюшни.

— Давайте, я там только Тузика знаю, но думаю, что там ещё кони есть.

— Есть, ещё три лошади.

Когда подошли к конюшне, лошади забеспокоились, только Тузик радостно заржал.

Дядя Саша потрепал Пельмешку по голове:

— Я давно про тебя знаю, следы твои видел. Вот и познакомились, — и дядя Саша протянул медвежонку сухарик.

— Все всё знают, один я в неведении, — проворчал отец.

— Ничего, теперь и ты знаешь, — и Ксюша обняла папу за талию.

8.

Пельмешку усадили за маленький столик, за которым, когда-то кормили Ксению. Ради гостя, горничная Олеся сбегала в палатку к Полине и купила курник.

— Я почему-то подумала, что ему курник должен понравиться, — показывая рукой на медвежонка оправдывалась девушка.

— Кому ж он может не понравиться? – улыбнулась Ксения.

— Пельмешка, курник – это такой пирог из курицы. Олеся для тебя и топлёное молоко приготовила.

Медвежонок встал и поклонился Олесе. Олеся от неожиданности уронила салфетку.

— Надо же! Какой разумный!

— У нас сегодня чай не такой вкусный, как у бабушки в заповеднике, но тоже примечательный – индийский высокогорный, — похвастался отец.

— Спасибо, папа, чай замечательный, — похвалила отца Ксюша.

— Нюся пропала, я места себе не нахожу, второй день ее нигде нет. Всё обыскали. — пожаловалась мама.

— Не волнуйтесь, найдётся, — успокоил Пельмешка. Ксюша перевела. Мама благодарно посмотрела на медвежонка. В этот момент, со стороны кухни появилась Нюся. Вид у неё был очень потрепанный – шерсть свалялась, казалось, что она похудела, но глаза горели и хвост стоял трубой. Не обращая ни на кого внимания, Нюся подошла к своей миске с водой, всю её опорожнила, икнула, и, подойдя к своей лежанке, рухнула без чувств.

— Ой, что же теперь будет? – спросила мама.

— Подождём, увидим, — ответил отец, — а скажи, Ксения, какой окрас у Тимофея?

— Серый, по-моему, в светлую полоску. Так, Пельмешка?

Медвежонок расправился с угощением, подбежал к Ксениной маме, положил ей голову на колени, и сказал:

— Тимофей кот ученый, он красивый и умный. У вас за котятами ещё очередь выстроится.

Ксюша перевела.

Контактный зоопарк

1.

Прошёл месяц, как я покинул заповедник, и вернулся в Москву. Я отмылся, отчистился, запасся провизией и сел писал рассказы об обитателях этих сказочных мест.

С каждым днём я все отчётливее понимал, что очень скучаю по своим новым друзьям и знакомым. Решил, что в субботу поеду их навещу, но в субботу меня пригласил на новоселье старый товарищ, и поездку пришлось отложить.

Вадим купил однокомнатную квартиру в очень известном и престижном жилом комплексе недалеко от Поклонной горы. Почти год Вадим занимался отделкой квартиры. Ему удалось отгородить спальню, и теперь квартира стала двухкомнатной. Я шел к нему в гости с большим нетерпением – кроме квартиры, новоселье обещало встречу с друзьями по старой работе.

Я доехал до его дома на такси, на проходной выяснил, как пройти к нужному подъезду, и двинулся в путь. Территория комплекса была огромной, кроме спортивного ядра и детской площадки, на ней располагался даже контактный зоопарк. Первыми мне повстречалось семейство ланей – мама и два детёныша. Они дружно подбежали к изгороди, в надежде получить угощение, но у меня с собой ничего не было. Дальше повстречался двугорбый верблюд. Этот зверь вёл себя солидно – жевал траву из кормушки, и на прохожих не обращал никакого внимания. За верблюдом показались страусы. Они вытянули свои длинные шеи за загородку и норовили ущипнуть прохожего. Я не без труда увернулся.

Тропинка сворачивала от зоопарка к нужному мне подъезду, как вдруг между жердями загородки появилась голова медвежонка, и она заголосила:

— Дядя Серёжа! Постой, не уходи! Это я, твой Пельмешка.

Я бросился к забору, обнял лохматую голову и спросил:

— Пельмешка, как ты тут оказался?

— Ой, беда, беда! Выкрали меня какие-то негодяи фраера. Я шел к Ксюше, переходил дорогу, а они меня схватили, затолкали в багажник, и привезли сюда. Я тут уже десять дней. Пробовал сбегать, да какое там! Охранники с собаками всё время догоняли. Дядя Серёжа, забери меня отсюда, сил моих больше нет тут находиться! – и медвежонок заплакал самими настоящими слезами.

Я гладил Пельмешку по голове, теребил его замечательные уши, успокаивал, как мог.

— Дядя Серёжа, а у тебя ничего поесть нет? – вдруг спросил медвежонок.

— К сожалению, нет. А чем тебя здесь кормят?

— Они называют это баландой. Дрянь какая-то, что-то среднее между кашей и супом, и это после топленого молока с печеньками! – и Пельмешка опять залился горючими слезами.

— Ну-ну, мальчик, успокойся. Я тебя обязательно заберу, успокойся.

Пельмешка перестал реветь, смахнул лапой слёзы и спросил:

— Когда?

— Скоро, может быть, даже сегодня. Слушай, я здесь случайно оказался – старый знакомый пригласил к себе на новоселье. Я сейчас пойду к нему, думаю, он сможет нам помочь. А ты веди себя тихо, не привлекай внимания. Хорошо?

— Договорились, а можно мне принимать угощения? У меня тут много поклонников.

— Можно, узнаю своего Пельмешку. Ну не скучай, скоро вернусь.

2.

Когда я пришел к Вадиму, все уже были в сборе. Я вручил хозяину подарок, и обрисовал ситуацию.

— Видел я этого медвежонка, он у нас недавно появился. Ну, что давайте его выручать. Я могу вывести его за территорию на своей машине. Хорошо, что выпить ещё не успели. А дальше куда?

— Давай, ко мне. Там его пересадим в мою машину, и я довезу его до места. Знаете что? Пойдёмте всей компанией. Поместим его посередине, уже темно, могут принять за ребёнка в шубе.

— Хорошо! Одевайтесь! Я подгоню машину к углу дома.

— Вот ещё что, Вадим. Нет ли у тебя какого-нибудь печенья? А то, Пельмешка жалуется, что фраера его баландой кормят.

3.

Мы подошли всей компанией к загородке. Я позвал Пельмешку. Тот мгновенно появился. Мы закрыли собой обзор, и я перенёс медвежонка через забор, поставил его на задние лапы и дал коробку с юбилейным печеньем. Пельмешка повеселел и не обращал внимания на то, что женщины стали трепать его красивые уши. Мы добрались до машины, я залез вместе с Пельмешкой на заднее сиденье. Вадим, что-то объяснял гостям, потом сел в машину и сказал:

— Я вывезу вас за территорию. Там вы пересядете в машину к моему брату, а я вернусь к гостям.

— Мудро! Спасибо тебе огромное!

Брат Вадима – Олег довез нас до моего дома. Было уже темно, и я решил, что в заповедник лучше ехать завтра, поутру.

В лифте мы ехали с соседом с двенадцатого этажа. Он был «под мухой» и очень осторожно знакомился с моей «собакой».

— Какая оригинальная порода, ну вылитый медведь, и все же я бы рекомендовал вам выгуливать его на поводке и в наморднике.

Пельмешка издал продолжительный рык, сосед забился в угол лифта. На десятом этаже мы вышли.

— Хулиган, — негромко сказал я.

4.

— Дядя Серёжа, проснись! Я в туалет хочу!

Я привел Пельмешку в уборную.

— Это унитаз. Раньше пользовался?

— Нет, откуда?

— Ну, тогда садись, делай свои дела, а потом нажми вот на эту кнопку. Понял?

— Понять-то я понял, но, если что — не ругайся, мы птицы вольные, к таким хитростям не приучены.

— Не придуривайся, вольная птица, — и я пошел готовить завтрак.

Слава Богу, в холодильнике у меня было молоко. Я налил молока в большую тарелку, подогрел в микроволновке, и доверху засыпал кукурузными хлопьями. Поставил тарелку на табуретку и рядом, на всякий случай, положил деревянную ложку.

Пельмешка ел довольно аккуратно. С начала без ложки, а когда хлопьев осталось мало, стал помогать себе ложкой.

— А вкусная штука! Спасибо, дядя Серёжа! Что я без тебя бы делал? От такой беды меня спас! Век буду благодарить, — и медвежонок поклонился мне в ноги.

Я улыбнулся, смахнул набежавшую слезу, и обнял медвежонка:

— Ну, будет, будет, мы же друзья! Собирайся, скоро поедем. Куда поедем – к бабушке или к Ксюше?

— К бабушке, конечно. Она меня нашла, выходила, выкормила.

— Хорошо, я приведу себя в порядок и поедем. Чтобы ты не скучал, включу тебе детский канал, садись, смотри.

5.

Навигатор вовремя предупредил меня о повороте с трассы, через десять километров мы подъехали к заповеднику. Я доехал до конторы лесника – дальше проехать было невозможно – дорога кончилась. Геннадия на месте не было.

Мы вышли из машины, и пошли к избушке Авдотьи Никитичны. Пельмешка норовил перейти на бег, но я его одёргивал. Подойдя к избушке, я произнёс известную фразу:

— Избушка, избушка, повернись к лесу задом, ко мне передом.

Избушка нехотя стала поворачиваться, потом, видимо, заметив медвежонка, стала делать это вприпрыжку, и, наконец, повернулась. От радости избушка закудахтала.

Я взял Пельмешку за лапу, мы встали перед крыльцом. Наконец дверь отворилась, показался Тимофей, он шел на четырёх лапах. Тимофей сел, посмотрел на нас, и вдруг подпрыгнул под самую крышу и заорал:

— Ура! Мишутка вернулся! Бабуля, выходи! Пельмешка приехал!

Первой из-за угла появилась ступа. Увидев медвежонка, ступа взмыла в небо, потом опустилась, лихо облетела избушку, постучала метлой в окошко и встала перед нами, как вкопанная.

Наконец вышла Авдотья Никитична. Её заплаканное лицо прояснилось, ноги подкосились, и она села рядом с котом, протянув к медвежонку руки.

Пельмешка бросился в бабушкины объятия. Он всё время ревел, жалуясь на свою нелегкую долю. Авдотья Никитична гладила медвежонка по голове, и всё время приговаривала:

— Не пущу! Никуда больше не пущу. Здесь жить будешь!

6.

— Спасибо тебе, Сергей Дмитриевич! От всего нашего леса, огромное спасибо, а от нас особенное. Ведь Мишутка, нам всем, как сыночек. Нашли его совсем доходягой, думали, не выживет. Но отогрели, из соски выкормили, и стал он нашей отрадой. Весь лес ему радовался. В лесу бы с ним никогда, ничего плохого не случилось, а тут вышел на дорогу, и пропал. Ой, надо бы Лешего предупредить, чтобы не искал он этих уродов, которые Мишутку украли. Тимоша, сбегай, предупреди.

— Поздно, бабушка. Вчера он их нашел, отдал кикиморам для допроса.

— Так они защекотят их до смерти, или ещё чего похуже. Сбегай, Тимоша, скажи, чтоб отпустили. Хватит с них.

Тимофей потеребил лапой ухо медвежонку, сказал: «Э-эх!», и убежал.

Вечером пришел Тимофей, принес жбан мёда в сотах. Посовещавшись, решили назавтра устроить праздник.

7.

Стол накрыли у лесника под навесом. Ночной морозец припорошил землю.

Леший угощал зверей. Кому дал свежего клевера, кому желудей, а кому ячменя с овсом. Клевер Леший случайно нашёл на открытом склоне, и собирал его до первых морозов. На клевер прибежали зайцы. Увидят Лешего, спрячатся за кормушкой, а уши над кормушкой торчат.

Птицам в кормушки насыпал зерна и сушеных ягод. За домиком у кормушек слышалось довольное похрюкивание и звонкие птичьи голоса.

Наконец к избушке стали стягиваться гости. Все приходили с подарками. Медвежонок, чтобы его лучше было видно, залез на лавку, со всеми здоровался и благодарил за подарки.

Гостям разлили чай. С чашкой в руке встала Авдотья Никитична:

— В первую очередь, хочу поблагодарить всех, кто принял нашу беду, как свою, и поучаствовал в поисках Мишутки.

По лесу прокатился звериный рёв. Оказывается, звери никуда не ушли, а спрятались за деревьями, и оттуда наблюдали за происходящим. Особенно громко ревели лоси, а лосёнок норовил убежать к Мишутке, но его мама не пускала.

Леший рассказал, что, когда кабанье стадо узнало о пропаже медвежонка, оно за один день обследовало весь заповедник и соседние леса, и доложило, что в лесу Мишутки нет. Лиса унюхала, что след Мишутки теряется на дороге. Придорожные сороки доложили, что медвежонка увезли на машине, а мудрая сова назвала номер машины.

— Ну, а дальше было делом техники найти и задержать похитителей. Они были пойманы и своё получили. Всем спасибо и низкий поклон. Особый респект писателю. Ты, Серёжа, вернул лесу его душу. Не больше и не меньше.

За столом все захлопали. Мне пришлось встать и поклониться.

Потом говорили другие гости. Взял слово и Ксюшин папа:

— Дорогие друзья! Я счастлив, оказаться за этим столом! Я всю жизнь мечтал жить в гармонии с природой, и вот, наконец, моя мечта сбылась! Спасибо вам! Только здесь в заповеднике реальность и сказка живут рядом друг с другом, не мешая, а дополняя друг друга.

— Слышь, Авдотья, угостила бы ты нас, мужиков, своим гербарием, а то холодно, а душа ликует, полёта просит.

— Сиди уж, лётчик! — Но подозвала Тимофея, что-то нашептала ему на ухо, тот понимающе улыбнулся, и убежал. Скоро кот вернулся с большим графином. Баба Яга угощала из графина всех желающих. Тимофей познакомился с родителями Ксюши. Мама Ксюши была очень рада знакомству. Она посадила Тимофея рядом с собой, гладила его по голове и восхищалась его учёностью.

Похолодало. Северные гуси снялись с дальнего озера и, пролетая над навесом, громко гоготали, всех приветствуя. Гости стали расходиться. Они подходили к Пельмешке, трепали его по голове, приглашали в гости.

Наконец за столом остались только «свои» — Геннадий, Авдотья Никитична, Ипполит, Полина и я с Марией Потаповной, ну и Пельмешка, конечно.

Полина, посмотрев в небо, негромко запела:

— Летят утки, летят утки,

— Да два гуся.

Маша подхватила, и они запели на два голоса:

— Ой, кого люблю,

— Кого люблю, не дождуся.

Москва февраль – март 2023